Любопытно, кто прав

Возможно даже — оба.

Сейчас вернулась из встречи в ресторане, где мы с моим другом поделились тем, кто за кого голосовал, и почему.

Почему — совпало: ни он, ни я не хотим Берни Сандерса в качестве номинанта.

Когда я сказала, что голосовала за Уоррен, он сказал: потерянный голос, потому что номинанткой она не будет (как будто я голосовала за нее ради этого).

Он голосовал за Байдена, и я сказала, что в нашем штате — это таки может быть потерянный голос, потому что, согласно поллам, Сандерс здесь выиграет, а Уоррен будет второй, преодолев пятнадцатипроцентный барьер. Поэтому голос за нее снижает количество выборщиков Сандерса.

Правы мы будем оба в том случае, если Байден преодолеет этот рубеж. Уоррен в нашем штате — почти наверняка.

Ну вот и посмотрим, чей голос потерян. Или — ничей, и оба правы, то есть оба кандидата отнимут голоса выборщиков у Сандерса.

Все же — не только козырь, но и расклад. И — бескозырка, как венец.

Продолжаю учиться бриджу, если что :))

И вот еще что хотелось бы заметить

Берни Сандерс, узнав, что Бутиджедж и Клобушар вышли из гонки и поддержали Байдена, разразился речью о том, что это, мол, козни corporate and establishment wing of the democratic party против него.

Во-первых, кто бОльше истэблишмент, чем Берни, который крутится в этих верхах чуть ли не сорок лет? Он, что-ли, аутсайдер?

Во-вторых, на минуточку, он даже не член демократической партии, он — независимый, который кокусирует (читай — паразитирует) с демократами.

Наконец, он что, рассчитывал на дробление голосов умеренных демократов? Которое принесет ему победу именно в силу раздробленности?

Почему ему не кажется, что умеренные демократы могут быть расстроены именно этим фактом, расслоением голосов, в результате чего их голос не будет услышан?

Ведь нас-то, умеренных, все еще пока большинство, если просуммировать голоса умеренных кандидатов.

Поэтому, никак нет, Берни, это не заговор истэблишмента, просто еще много таких, кто не хочет твоей безумной революции. И мы тоже имеем право на голос, голос середняка, голос центриста.

Собственно, очень похожий сценарий был в республиканских праймериз 2016, но там не смогли организоваться против Трампа, хотя он мало где преодолевал пятидесятипроцентный рубеж, то есть голосов против него чаще было больше, чем за него. Просто голоса против него были раздроблены. И вот результат, в первую очередь — для республиканской партии.

Не хотелось бы повторения этого сценария для демократов: когда паразит-аутсайдер меняет саму суть партии.