ninazino

Наша кафедра и ее актанты никогда не были простым клубком. Это как бы для объяснения того, что я сама точно никогда не понимала.

Так вот, к последнему курсу я увлеклась лекциями Бориса Успенского о диглоссии, и, как это со мной водится, подкатилась к нему с просьбой быть моим научным руководителем дипломной работы. Уже наученная опытом с куросовой у Зализняка, я сразу объявила тему, которая меня интересует.

Он соглласился, и я написала. Но к этому моменту назрел какой-то ничем не преодолимый конфликт Звегинцева с Б. Успенским, вплоть до ультиматума Звегинцева: никаких защит под руководством БА на моей кафедре не будет.

Я не знаю, чем именно был вызван этот непримиримый ультиматум, но вот. Борис Андреевич на тот момент преподавал на русской кафедре, поэтому у меня был вариант: срочно как-то поменять специализацию и защищаться на русской кафедре. Но очень не хотелось, от слова — совсем!

И тут возник вариант. Он не сам, конечно, возник, а БА попросил АА, чтобы тот формально почислился научным руководителем его дипломников.

И АА на этот «ужасный подлог» согласился. И он у меня числится руководителем дипломной, не по факту, а чисто из человеческой порядочности. Звегинцев тогда был неправ, но его неправоту не стоило усугублять, и без того хватало тех, кто был бы рад его закопать. А благодаря Андрею Анатольевичу этот конфликт удалось как-то погасить, без тяжелых последствий для участников, включая меня.

Вечная моя чисто личная Андрею Анатольевичу Зализняку — благодарность. И пример, которому я хотела бы по мере своих слабых возможностей следовать.