Интересный текст: Нам не повезло с народом?:
К 1809 году Сперанский составил план государственного переустройства, главными результатами которого должны были стать конституция и отмена крепостного права. «Ни в каком государстве, — писал он, — политические слова не противоречат столько вещам, как в России... Я нахожу в России два состояния: рабы государевы и рабы помещичьи. Первые называются свободными только по отношению ко вторым, действительно же свободных людей в России нет, кроме нищих и философов».
Екатерина Великая озаботилась, с чего начать «освобождение» подданных. С «подготовки общественного мнения».
В конце 1765 года «неизвестная особа» обратилась в Вольное экономическое общество с вопросом: не полезнее ли для земледелия, когда земля принадлежит тому, кто её обрабатывает, а не всему роду?
Поскольку никто не догадался, что вопрос был от императрицы, его проигнорировали.
На следующий год Екатерина вновь инкогнито задала обществу задачу:
«В чём состоит собственность земледельца, в земле ли его, которую он обрабатывает, или в движимости и какое право он на то и другое имеет?»
На этот раз к письму была приложена тысяча червонцев в награду за решение этого вопроса и на опубликование материалов.
Вольные экономисты поступили мудро. Общество объявило конкурс на решение этой задачи и обещало за лучшую работу сто червонцев и медаль.
Первым клюнул на вопросы умной императрицы «скорый умом» Сумароков. Он прислал письмо в общество, в котором указывал, что постановка проблемы неверна.
Ибо о каких крестьян идёт речь, свободных или крепостных? «Прежде надобно спросить: потребна ли для общего благоденствия крепостным людям свобода?» Он же сам дал ответ: «Канарейке лучше без клетки, собаке без цепи. Однако одна — улетит, а другая — будет грызть людей».
Сумароков верно передал суть проблемы. Может быть, и лучше, чтобы крестьяне были свободны. Но свободному крестьянину нужна своя земля, а владеть землёй — право дворян. Поэтому «свобода крестьянская не токмо обществу вредна, но и пагубна, а почему пагубна, того и толковать не надлежит».
Между прочим, на конкурс было прислано 160 ответов со всей Европы. Конкурсанты писали преимущественно по-немецки. Лучшим признали труд французского академика де Лабея. Он доказывал, что крестьянин должен быть свободен и владеть землёй.
В обществе стали голосовать: печатать или нет. «За» — три голоса, «против» — тринадцать. Дали знать императрице. Та объявила, что, просмотрев сочинение, не нашла в нём ничего, чтобы мешало его напечатать. Решили переголосовать. «За» набралось одиннадцать голосов, «против» — шестнадцать. Всё-таки решили печатать.
Екатерина в 1766 году сочинила для своей страны новые законы, написанные в духе самых либеральных европейских идей. Её труд опирался на самую передовую книгу того времени «Дух законов» Монтескье.
Она хотела обсудить свой труд с подданными. Вначале с близкими.
Вот характерный отзыв: «Сделать русских крепостных людей вольными нельзя: скудные люди ни повара, ни кучера, ни лакея иметь не будут».
Потерять рабов означало достойно платить за труд тем, кто их заменит, иначе переманят. Это была экстраординарная мысль и для того времени тоже.
Проект законов раскритиковали так, что автор был вынужден зачеркнуть, разорвать и сжечь более половины написанного.
Ополовиненный труд был отдан на рассмотрение представителей народа. Депутаты были от каждого уезда и города. От дворян, однодворцев, «пахотных солдат», государственных крестьян, «некочующих инородцев, крещёных или некрещёных», казаков и т.д. Сенат ассигновал депутатам 200 тыс. рублей на жалованье для сочинения проекта нового уложения.
Екатерина хотела услышать одобрение своим мыслям. Главная — освобождение крестьян. Раз освободили дворян, то это был естественный шаг. Ведь крестьян закрепощали для того, чтобы они служили дворянам, пока дворяне служили короне.
Но что услышала либеральная императрица?
«Рабов!» — вот был главный вопль от депутатов всех сословий.
Приказчик тоже должен быть крепостным, потому как на вольных нельзя положиться!
Права покупать и владеть крепостными крестьянами просили и купцы, и духовенство, и казаки.
Все просили рабов!
via
luybu
К 1809 году Сперанский составил план государственного переустройства, главными результатами которого должны были стать конституция и отмена крепостного права. «Ни в каком государстве, — писал он, — политические слова не противоречат столько вещам, как в России... Я нахожу в России два состояния: рабы государевы и рабы помещичьи. Первые называются свободными только по отношению ко вторым, действительно же свободных людей в России нет, кроме нищих и философов».
Екатерина Великая озаботилась, с чего начать «освобождение» подданных. С «подготовки общественного мнения».
В конце 1765 года «неизвестная особа» обратилась в Вольное экономическое общество с вопросом: не полезнее ли для земледелия, когда земля принадлежит тому, кто её обрабатывает, а не всему роду?
Поскольку никто не догадался, что вопрос был от императрицы, его проигнорировали.
На следующий год Екатерина вновь инкогнито задала обществу задачу:
«В чём состоит собственность земледельца, в земле ли его, которую он обрабатывает, или в движимости и какое право он на то и другое имеет?»
На этот раз к письму была приложена тысяча червонцев в награду за решение этого вопроса и на опубликование материалов.
Вольные экономисты поступили мудро. Общество объявило конкурс на решение этой задачи и обещало за лучшую работу сто червонцев и медаль.
Первым клюнул на вопросы умной императрицы «скорый умом» Сумароков. Он прислал письмо в общество, в котором указывал, что постановка проблемы неверна.
Ибо о каких крестьян идёт речь, свободных или крепостных? «Прежде надобно спросить: потребна ли для общего благоденствия крепостным людям свобода?» Он же сам дал ответ: «Канарейке лучше без клетки, собаке без цепи. Однако одна — улетит, а другая — будет грызть людей».
Сумароков верно передал суть проблемы. Может быть, и лучше, чтобы крестьяне были свободны. Но свободному крестьянину нужна своя земля, а владеть землёй — право дворян. Поэтому «свобода крестьянская не токмо обществу вредна, но и пагубна, а почему пагубна, того и толковать не надлежит».
Между прочим, на конкурс было прислано 160 ответов со всей Европы. Конкурсанты писали преимущественно по-немецки. Лучшим признали труд французского академика де Лабея. Он доказывал, что крестьянин должен быть свободен и владеть землёй.
В обществе стали голосовать: печатать или нет. «За» — три голоса, «против» — тринадцать. Дали знать императрице. Та объявила, что, просмотрев сочинение, не нашла в нём ничего, чтобы мешало его напечатать. Решили переголосовать. «За» набралось одиннадцать голосов, «против» — шестнадцать. Всё-таки решили печатать.
Екатерина в 1766 году сочинила для своей страны новые законы, написанные в духе самых либеральных европейских идей. Её труд опирался на самую передовую книгу того времени «Дух законов» Монтескье.
Она хотела обсудить свой труд с подданными. Вначале с близкими.
Вот характерный отзыв: «Сделать русских крепостных людей вольными нельзя: скудные люди ни повара, ни кучера, ни лакея иметь не будут».
Потерять рабов означало достойно платить за труд тем, кто их заменит, иначе переманят. Это была экстраординарная мысль и для того времени тоже.
Проект законов раскритиковали так, что автор был вынужден зачеркнуть, разорвать и сжечь более половины написанного.
Ополовиненный труд был отдан на рассмотрение представителей народа. Депутаты были от каждого уезда и города. От дворян, однодворцев, «пахотных солдат», государственных крестьян, «некочующих инородцев, крещёных или некрещёных», казаков и т.д. Сенат ассигновал депутатам 200 тыс. рублей на жалованье для сочинения проекта нового уложения.
Екатерина хотела услышать одобрение своим мыслям. Главная — освобождение крестьян. Раз освободили дворян, то это был естественный шаг. Ведь крестьян закрепощали для того, чтобы они служили дворянам, пока дворяне служили короне.
Но что услышала либеральная императрица?
«Рабов!» — вот был главный вопль от депутатов всех сословий.
Приказчик тоже должен быть крепостным, потому как на вольных нельзя положиться!
Права покупать и владеть крепостными крестьянами просили и купцы, и духовенство, и казаки.
Все просили рабов!
via